Бацулай и Кацулай


То ли было, то ли не было, растила вдова Бацулай трех маленьких дочерей.

Собралась она однажды на мельницу зерно смолоть и сказала дочкам:

– В наш аул повадилась ходить ведьма Кацулай. Она ходит со своей собакой и крадет маленьких детей. Заприте крепко двери и не открывайте никому. А меня узнаете по голосу. Я скажу вам два слова: “Я Бацулай!”А ведьма Кацулай в это время стояла со своей собакой за углом и все слышала. Взвалила мать на плечи мешок, ушла на мельницу. А Кацулай тихонько подкралась к двери и ласковым материнским голосом сказала:

– Не приходила ли к вам Кацулай, детки? Откройте поскорее! Я ваша мама Бацулай.

Дети поверили ведьме. Старшая девочка подбежала к двери, открыла ее, а собака Кацулай схватила девочку и унесла.

Вскоре вернулась мать домой. Видит, нет старшей дочки.

Долго искала бедная Бацулай свою девочку. Весь аул обошла, поднималась на высокие горы, опускалась в глубокие ущелья, нет нигде и следов ее доченьки.

Через месяц ли, через два собралась Бацулай на базар: пряжу продать, соли купить.

– Смотрите, детки, никому не открывайте!-строго наказывала она.- Только мне откройте, когда скажу: “Я Бацулай!”

Дети пообещали ей никому-никому не открывать, чужого в дом не пускать. И мать ушла.

И только она из глаз скрылась, Кацулай тут как тут. Голосом матери она сказала:

– Не приходила ли сюда Кацулай, деточки? Открывайте, я ваша мама Бацулай!

И средняя девочка открыла дверь, а собака Кацулай схватила ее и унесла. Вернулась мать с базара, дома одна только младшая дочка плачет. Долго искала Бацулай среднюю дочь. Весь аул дважды обошла, на высокие горы поднималась, в темные ущелья опускалась, звала, кричала – никто не откликнулся.

Наступила зима. Надо было матери за топливом в лес сходить. Осталась дома одна младшая дочка. Строго-настрого приказала ей Бацулай:

– Помни, доченька: открывать никому нельзя! Я вернусь, скажу: “Я Бацулай”, тогда и откроешь.

Вернулась под вечер мать с вязанкой хвороста, а двери настежь и в доме пусто.

Трижды обошла Бацулай весь аул. На самые высокие горы поднималась, в самые глубокие ущелья спускалась. Все понапрасну! Встретила она в горах старика-отшельника.

– Что привело тебя в эти дебри?-спросил старик.- Люди сюда заходить не отваживаются…

Заплакала Бацулай:

– Горе мое меня привело! Украла ведьма Кацулай моих деточек…

– Она со своей собакой частенько охотится в моих краях… А живет она в ущелье, которое наглухо закрывается скалой. Скала у ведьмы волшебная. По ее слову она расходится, как ворота, по ее слову сходится.

И отшельник поднялся с Бацулай на соседнюю гору и оттуда показал ей волшебную скалу, а за ней логово людоедки Кацулай. Поклонилась женщина отшельнику в ноги, молвила “спасибо” и собралась было идти, но отшельник остановил ее:

– Это еще не все! Ты послушай меня. Кацулай скоро должна вернуться с охоты. Постарайся проскользнуть за ней следом, когда скала будет открыта. Там, внутри, тебе ничто не грозит. Кацулай и ее пес после охоты сразу завалятся

Спать. Будут спать как убитые три дня. А ты за это время открой подвалы и выпусти на волю всех малых детей, что сидят у ведьмы под замком. А потом бегите, да побыстрее…

Отшельник подарил Бацулай кувшин с молоком лани, ветку терновника и острый как нож кремень.

Еще раз поблагодарила Бацулай старика, поспешила к волшебной скале. Пришла и спряталась за камнями.

Ждать ей пришлось недолго.... Поднялся вихрь, вершины деревьев склонились до самой земли, и сквозь шум ветра послышался собачий лай. Верхом на собаке, сидя задом наперед, ехала людоедка Кацулай. Она везла хурджины, полные краденых детей.

Подъехав к скале, Кацулай остановила собаку и крикнула: “Халт!” Это было волшебное слово, и скала, словно ворота, распахнулась. Скала пропустила собаку и ведьму, а вслед за ними проскользнула и Бацулай.

Скала тут же захлопнулась. Она прищемила подол платья Бацулай. Женщина отрезала кусок подола острым кремнем, что подарил ей отшельник, оглянулась и увидела, что стоит перед домом ведьмы. Дом был высечен из цельного камня. На дверях семи его подвалов висели семь замков, а в подвалах громко плакали дети.

Бацулай спряталась и подождала, пока ведьма и ее пес захрапели.

Кинулась она тогда открывать замки. Выпустила из подвалов всех детей и своих трех девочек нашла. Обнимала она их, ласкала, плакала от радости.

Самых маленьких деток Бацулай посадила в хурджины, которые перекинула через плечо. А тем, кто постарше, велела взяться за руки и бежать следом за ней.

Собрались все у скалы. Бацулай громко сказала: “Халт!” – скала распахнулась, и все они вышли на волю, и скала за их спиной тут же захлопнулась.

Бежали они быстро, как могли детские ножки. Но вот оглянулась старшая дочка Бацулай и увидела: гонится за ними по пятам Кацулай с собакой. А бедной матери тяжело было нести хурджины, полные детей, и она все отставала…

– Скорей, скорей, матушка!-закричала девочка.- Догоняет тебя ведьма! Оглянулась назад средняя дочка Бацулай, видит: ведьма вот-вот их настигнет.

– Скорей! Скорей! Убегай, матушка!-взмолилась она.- Ведьма уже близехонько!

Оглянулась назад младшая дочка Бацулай, видит: ведьма уже зубы показывает: “Всех вас съем!”- Матушка, милая! Ведьма съест нас сейчас!-заплакала девочка.

Взяла тогда Бацулай в правую руку острый кремень – подарок отшельника и бросила в Кацулай, приговаривая:

– Пусть встанут между тобой и нами кремневые скалы! И встали между ними и ведьмой неприступные скалы, ипобежали мать с детьми еще быстрее.

Но Кацулай и ее собака прогрызли кремневые скалы.

Оглянулась назад Бацулай, видит – нагоняет их людоедка. Бросила тогда Бацулай позади себя терновую ветку, что подарил отшельник, и сказала:

– Пусть вырастет между нами колючий терновник!

И выросла между ними колючая чаща, и мать с детьми перевели дух и побежали быстро, как могли.

Но Кацулай и ее собака прогрызли дорогу в колючем терновнике, и снова догнала ведьма беглецов – по пятам идет!

Что делать им, бедным? Силы уж на исходе… Бацулай устала нести тяжелые хурджины, быстро бежать больше не могла… Глянула: ведьма и ее пес – вот они, уже за спиной слышны. Плеснула тогда Бацулай через плечо молоко лани из кувшинчика, подаренного отшельником, сказала:

– Пусть разольется между нами молочное озеро! И разлилось позади большое озеро.

Людоедка Кацулай с собакой осталась на том берегу. Плавать она не умела. Надумала озеро выпить. И так они с собакой нахлебались молока, что животы у них вздулись, как бурдюки, и лопнули с треском, подобным грому в горах.

А Бацулай и дети тоже напились молока. Они плясали и смеялись от радости. Отдохнули на травке хорошенько и пошли спокойно домой. Спасенных от ведьмы детей Бацулай отдала их родителям, а сама с тремя своими девочками жила с той поры спокойно и счастливо. А люди хвалили храбрую Бацулай и сложили про нее эту сказку.




Бацулай и Кацулай