Кутуб-хан и Назо


Давным-давно жил-был один богач. Несметные сокровища принадлежали ему. Но самым дорогим сокровищем был его сын, Кутуб-хан. Отец баловал сына, и любое желание Кутуб-хана немедленно исполнялось. Кутуб-хан рос таким красивым и стройным, что был куда больше похож на нежную девушку, чем на юношу.

Торговлю – ремесло отца – Кутуб-хан терпеть не мог; война тоже не привлекала его, как остальных юношей. Он любил охотиться, бродить по горам и лесам, любуясь цветами и птицами – всем живым, что радовалось солнцу. Но зато Кутуб-хан владел дивным искусством, недоступным остальным его сверстникам. Он был прекрасным певцом, и в игре на рабабе не было ему равного. Когда он играл и пел свои песни, то печальные, то веселые, как весенний дождь, люди плакали или веселились, а птицы, зачарованные его

Пением, садились ему на руки. Ибо человек, который поет такие песни, не может быть плохим человеком.

Но вот прошли годы и умер отец Кутуб-хана. Кутуб-хан не стал продолжать дело отца. Постепенно он все больше беднел, но не прекращал игры на своем рабабе. И в конце концов он совсем обнищал,

Но слава его, как певца, разнеслась по всей стране, и люди, проходившие мимо его дома, останавливались послушать чудесное пение.. В те времена жил в Афганистане могущественный воин и храбрец Адам-хан. И он тоже прекрасно играл на рабабе; когда до него дошла молва о дивном певце Кутуб-хане, захотелось Адам-хану увидеть этого замечательного певца. А Кутуб-хан как-то раз сидел со своими друзьями и играл им новые песни. Тут один из его приятелей и рассказал Кутуб-хану, что есть в стране один человек по имени Адам-хан, который играет на рабабе не хуже Кутуб-хана. Удивился Кутуб-хан, и закралась в его сердце тревога. И стал он каждый день думать, как бы ему увидеться с таинственным Адам-ханом, что так хорошо играет на рабабе.

И в один из дней собрал Кутуб-хан свои вещи, привязал к седлу рабаб и пустился в дальний путь – разыскивать Адам-хана.

В ночь перед тем, как Кутуб-хан выехал из родного города, Адам-хан увидел сон, будто едет Кутуб-хан на коне, смеющийся и веселый, поет песни и спрашивает у птиц, где найти ему Адам-хана.

Рано утром поднялся Адам-хан, поделился своей радостью с друзьями и сказал:

– Кто первый увидит Кутуб-хана и приведет ко мне, тому я отдам в жены мою сестру Назо.

В тот же миг его друзья оседлали коней и разлетелись в разные стороны.

И каждый из них ехал с одной мыслью – первым увидеть певца, потому что в награду за это Адам-хан обещал красавицу Назо.

А Назо была так прекрасна, что пером описать ее красоту невозможно. Нежная головка ее – словно цветок миндаля, шейка – словно стебелек, кожа, как сливки,- такая белая и ароматная. И Адам-хан так любил ее, что для нее одной построил прекрасный дворец с огромным садом. А Кутуб-хан, ничего не подозревая об этом, ехал на своем коне и радовался всему, что встречалось на пути.

День был жаркий, Кутуб-хан устал и прилег отдохнуть в тени огромного дерева. Рабаб он повесил на

Ветку дерева, прямо над собой. Прилег и уснул… А остановился он недалеко от дворца Адам-хана.

Как раз в это время любимый слуга Адам-хана Било вышел из дому и направился к арыку, что протекал возле дерева, где спал Кутуб-хан. Подошел Било к дереву и видит: спит какой-то человек и рабаб на ветке висит. “Эге,- подумал Било,- не Кутуб-хан ли это? Уж больно красив! Да и рабаб, видно, очень хороший!” Побежал Било к Адам-хану и сказал:

– О всемогущий Адам-хан, я принес тебе добрую весть!

– Какую же?

– Кутуб-хан спит под деревом недалеко отсюда. Изумился Адам-хан, обрадовался и в то же времяогорчился: “Неужели придется отдать в жены слуге красавицу Назо? Ведь за нее сваталось столько воинов, славных мужеством и богатством! Как же быть теперь?!”Пошел Адам-хаи вместе с Било к тому дереву. Видит, действительно спит в тени прекрасный юноша. Задумался Адам-хан и сказал так:

– Если это действительно Кутуб-хан, то не надо будить его, он и сам найдет ко мне дорогу. Пойдем домой…

А Кутуб-хан тем временем отдохнул, проснулся и собрался ехать дальше. Вскочил он на коня и скоро добрался до большого селения. Здесь поехал Кутуб-хан медленнее. Видит, ребятишки играют на дороге. Спросил у них Кутуб-хан, где тут живет Адам-хан, и пообещал дать денег тому, кто укажет дорогу. Охотники заработать сразу нашлись, и вскоре Кутуб-хан стоял у ворот дворца Адам-хана.

Ударил он по струнам рабаба и громко пропел:

Если здесь живет Адам-хан, Пусть выйдет ко мне! Если выйдет ко мне Адам-хан, Буду рад вдвойне!

Адам-хан услыхал его голос, обрадовался и вышел навстречу долгожданному гостю.

– Пусть аллах помогает тебе во всем, дорогой мой гость! Не ты ли будешь прекрасным певцом Кутуб-ха-ном, чья слава гремит по всей стране? Кутуб-хан скромно ответил:

– Я Кутуб-хан, это правда. А не ты ли тот самый Адам-хан, чья слава гремит далеко за пределами нашей родины?

Адам-хан улыбнулся и, подойдя к Кутуб-хану, протянул ему руки.

– Если аллах послал тебя ко мне, моему счастью нет предела, о прекраснейший из певцов!

Они вошли вместе в дом, а через день уже были так дружны, словно братья, родившиеся от одной матери.

К вечеру следующего дня пришел к Адам-хану его верный Било и, потоптавшись в дверях, сказал так:

– О Адам-хан, могучий мой повелитель! Твое слово тверже железа. Ты обещал отдать прекрасную Назо тому, кто первым найдет Кутуб-хана. Я сделал это. Дело теперь за тобой.

Ответил ему Адам-хан:

– Не тревожься, Било, я не нарушу своего слова. Иди себе с миром. Успокоился Било и ушел к себе. После этого разговора Адам-хан загрустил. Пошел он к Кутуб-хану, сел рядом с ним и попросил:

– Сыграй мне что-нибудь, о Кутуб-хан! Твои песни излечат раны моей души.

Кутуб-хан достал рабаб и заиграл Адам-хану печальную, ласковую песню, подобную журчанью ручейка поздним вечером, когда все в природе уснуло. На глазах Адам-хана выступили слезы, и он, забыв все на свете, наслаждался прекрасной музыкой.

А Назо в это время была в соседней комнате. Услыхала и она чудесные звуки. Назо побежала наверх и приникла к отверстию в потолке, любуясь прекрасным юношей. В сердце ее зажегся пожар любви. Она не могла отвести глаз от лица Кутуб-хана. И вот две маленькие жемчужинки-слезы упали на его рабаб.

Вздрогнул Кутуб-хан и поднял глаза. Взгляды прекрасного юноши и красавицы Назо встретились. И позабыл Кутуб-хан, о чем он пел. Не отрываясь смотрел он на огромные, полные слез глаза девушки, и сердце его стучало все сильнее.

Адам-хан только поражался, какие звуки можно извлекать из рабаба, и восхищенно качал головой.

Потом Адам-хан отвел Кутуб-хана в приготовленные для него покои, а сам вернулся к себе и горько задумался о судьбе своей любимой сестры Назо.

А Назо и Кутуб-хан тосковали, сгорая от любви друг к другу. Так прошло несколько дней. Назо совсем исхудала, только огромные глаза все так же сияли на ее лице. Кутуб-хан не поднимался с палянга и ни о чем не мог думать, кроме Назо.

Заметив, что его гость и друг занемог, Адам-хан расстроился и проводил целые дни рядом с Кутуб-ха-ном, не догадываясь, о чем печалится прекрасный певец.

Адам-хан призвал к больному самых лучших врачей, но те только качали головами. Все лекарства их были бессильны. Угасал Кутуб-хан, как роза в холодный день.

Узнав об этом, Назо позвала к себе старуху служанку и сказала ей так:

– Скажи мне ты, вырастившая меня, можешь ли ты хранить тайну? Ответила старуха:

– Пусть отсохнет мой язык, если я что-нибудь расскажу, доченька моя.

– Так слушай. Я люблю прекрасного Кутуб-хана. Никакие лекарства не помогут ему. Пойди к Адам-хану и. скажи, что ты сможешь вылечить Кутуб-хана, но для этого тебе надо перенести его на целый месяц в твой дом и никого к нему не пускать. Поняла?

– Да, доченька.

– Я тебе дам вот этот платок,... и ты им вытри лоб Кутуб-хана. После этого он должен выздороветь. Ну, иди, да сделай все так, как я велела. Пошла старуха к Адам-хану и упала перед ним наколени.

– О всемогущий Адам-хан! Болен твой друг Кутуб-хан, и ничем не могут вылечить его врачи. Дай его мне на один месяц, и я его вылечу.

Удивился Адам-хан, но решил попробовать. Он приказал перенести бесчувственного Кутуб-хана в дом к старухе. Как приказал, так и сделали. Только перенесли юношу в дом к старухе, как она обтерла его платком Назо. И свершилось чудо: Кутуб-хан открыл глаза, осмотрелся и, здоровый, встал с ложа. Он увидел старуху и сразу же спросил ее:

– Что это, платок Назо?

Старуха улыбнулась и радостно кивнула головой.

– Она дала мне его и велела передать тебе привет и слова любви. Подожди немного, аллах добр, и вы будете вместе.

Обрадовался Кутуб-хан, поцеловал платок прекрасной Назо и запел радостную песню любви. Так прошел один день. На исходе второго дня снова начал бледнеть Кутуб-хан, и сказал он старухе так:

– Не могу я больше быть вдали от моей возлюбленной. Скажи, о добрая женщина, как мне увидеть мою Назо?

Подумала старуха и сказала:

– Не беспокойся. Я сделаю так, что вы увидитесь. Мой сын – пастух у Адам-хана. Каждое утро он выгоняет овец в сад, что рядом с садом Назо. Зарежь самую большую овцу, оденься в ее шкуру и таким образом проберешься в сад и увидишь возлюбленную свою.

Так и сделал Кутуб-хан. И на следующее утро он очутился в саду Назо.

Там сбросил он овечью шкуру и спрятался в кустарнике.

Долго ждал Кутуб-хан и, наконец, увидел свою возлюбленную Назо. Была она в белом платье, и Кутуб-хан в восхищении любовался прекрасным ее лицом, стройным станом и нежными руками. Потом вышел Кутуб-хан из своего укрытия, и велика была радость влюбленных, когда они очутились вместе. День пролетел, как одно мгновенье.

Вот и вечер настал. Со слезами на глазах влез Кутуб-хан в шкуру овцы и благополучно выбрался из сада. А сторожил сад Било, готовый убить всякого, кто попытается увидеть красавицу Назо. Но все обошлось благополучно. Вернулся Кутуб-хан в дом к старухе, и та его спросила:

– Ну как, сынок, видел свою возлюбленную?

– Видеть-то видел, мать, да любовь моя к ней выросла еще больше. Что и делать мне дальше – не знаю!

– Не печалься, о певец. Будет и у вас счастье. Несколько дней подряд ходил Кутуб-хан в овечьейшкуре на свиданье к любимой и каждый раз возвращался от нее счастливый и радостный.

Тем временем Адам-хан каждый день справлялся у старухи о здоровье своего любимого певца, и каждый раз старуха неизменно отвечала одно и то же:

– Ему сегодня лучше, чем вчера, о повелитель. Но видеть его еще нельзя. Подожди еще несколько дней, а потом зайдешь.

А Кутуб-хан, прощаясь в тот день с возлюбленной, сказал:

– О свет жизни моей, дальше так продолжаться не может. Давай все скажем твоему брату и моемудругу Адам-хану.

– О возлюбленный! Ведь я должна стать женой Било. Но никогда не пойду я на это. Лучше уж смерть, чем разлука с тобой. Знаешь что? Сделай-ка так: возьми саблю да саван, приди к брату, положи это перед ним и скажи: или убей меня этой саблей и заверни в этот саван, или отдай мне в жены своюсестру. Так они и договорились.

А на следующий день пришел Кутуб-хан к Адам-хану. Удивился и обрадовался Адам-хан, увидев своего друга живым и здоровым. Но еще больше удивился Адам-хан, когда услышал слова Кутуб-хана. Сказал Кутуб-хан вот что:

– О храбрый воин и прекрасный певец, любимый Адам-хан! Я люблю твою сестру и жить без нее не могу. И она меня любит. Без нее нет для меня радости. Если ты не отдашь мне ее в жены – лучше убей сейчас этой саблей и заверни в этот саван.

Задумался Адам-хан. Долго думал он. Да и как тут не задуматься: очень он любил Кутуб-хана! Но и Било был не только его верным слугой, но и хорошим другом, который часто выручал Адам-хана из беды. Наконец, решился Адам-хан и сказал:

– Хорошо, о прекрасный певец, любимый друг мой! Я отдам тебе в жены мою сестру Назо. Пусть будет так. На другой день отослал он Било по каким-то делам в дальнее селение, а в это время приказал брату Било, Миро, зарезать овец и сделать отменное угощение для свадьбы Кутуб-хана и своей сестры Назо.

И сыграли в тот же день такую свадьбу, какой давно уже не видывали в округе!

Только к вечеру улеглось веселье. Настала ночь, и повел Адам-хан Кутуб-хана в дом к его невесте. Вдруг видят – стоит у входа во дворец Било. Он успел вернуться к тому времени, но о свадьбе еще ничего не знал и как ни в чем не бывало охранял вход к Назо. Как тут быть? Тогда Адам-хан запахнул Кутуб-хана в свою шубу и пошел прямо на Било. Било дал дорогу хозяину. Потом взглянул на его ноги и удивился:

– О Адам-хан! Или я сошел с ума, или у тебя четыре ноги!

– Ты действительно сошел с ума, Било! У меня одна голова и две ноги, как у всех людей. А то, что тебе кажется лишними ногами,- это рукава шубы! – и с этими словами Адам-хан вошел в покои своей сестры. Поздно ночью ушел Било домой и только там узнал обо всем, что случилось. Рассвирепел Било, глаза его налились кровью, и он бросился сначала в дом своего брата Миро. Стал он ломиться в дверь, но Миро, опасаясь мести брата, крепко заперся, и не смог Било ворваться к нему. Тогда Било бросился в дом к Назо, чтобы убить новобрачных.

Но Назо, зная нрав Било, тоже крепко заперла двери.

Стал рваться к ней Било, а двери не поддаются. Тогда он громко закричал:

– Эй ты, трус, выходи сюда! Мы сразимся один на один!

Кутуб-хан схватил саблю и хотел выйти к Било, но Назо, упав ему в ноги, умоляла возлюбленного не выходить.

– Ведь он, как зверь! Ты погибнешь в нашу первую ночь! Умоляю тебя, не ходи, любимый!

И Кутуб-хан поддался уговорам Назо и не вышел к Било.

А Назо бросилась к матери и стала умолять ее сходить к Адам-хану. Мать вняла мольбам дочери, побежала к сыну, стала просить его, чтоб он спас Назо. Пришел Адам-хан и, схватив Било за руку, сказал ему:

– Не надо так поступать, Било. Ты ведь друг мой? Так поверь, я найду тебе другую жену, такую же красивую и такую же знатную. А Кутуб-хан мне так же дорог, как ты. Не мсти ему! Тем более он ведь совсем одинокий странник! Не надо, Било…

И послушался Било Адам-хана. Вернулся он домой, но всю ночь не сомкнул глаз, думая, как ему отомстить Назо и Кутуб-хану. Долго думал Било, а с рассветом встал и пошел, как и прежде, сторожить дом Назо.

Стоял он на своем месте, не поднимая глаз, но все подмечал и что-то обдумывал.

Так прошло несколько дней. Адам-хан повеселел, решив, что Било не будет мстить Кутуб-хану. Но не тут-то было. Созрел в голове у Било страшный замысел. Как-то раз в жаркий полдень уснул Кутуб-хан. Увидел это Било, подошел к его ложу и вбил в стену огромные острые гвозди прямо над головою, спящего. Потом отошел в сторонку и громко крикнул: – Вставай, Кутуб-хан! Назо умерла! Испуганный Кутуб-хан вскочил с ложа, ударился о гвозди и тут же упал, обливаясь кровью.

Бросилась Назо к любимому, стала целовать его, думая этим оживить Кутуб-хана. Но все было тщетно. Как багряная роза, весь залитый кровью лежал на палянге мертвый Кутуб-хан.

Тогда Назо помазала свой лоб кровью любимого и легла рядом с ним. Начали ее поднимать, а она бездыханна.

Так и погибли они в один час, прекрасные возлюбленные, Назо и Кутуб-хан.




Кутуб-хан и Назо