Вошка и блошка

Вошка да блошка в одном доме вместе живали и пиво в яичной скорлупке варивали. Вошка в ту скорлупку попала и обожглась. А блошка перепугалась да кричать стала. Тут и скажи ей дверка: “Чего ты раскричалась, блошка?” – “Да ведь вошка-то обожглась!”

И стала дверка скрипеть. А метелочка в углу стала ей выговаривать: “Что ты скрипишь, дверочка?” – “А как же мне не скрипеть?

Вошка наша обожглась, Блошка с горя извелась.

Тогда и метелочка принялась мести что есть мочи. А мимо-то катилась тележка и говорит: “Чего ты так метешь, метелочка?” – “А как же мне не мести?

Вошка наша обожглась, Блошка с горя извелась, Дверка скрипом расскрипелась.

Тогда сказала тележка: “Ну, так я стану кататься”, – и покатилась что есть мочи. Тогда заговорил катышек навозца, мимо которого тележка катилась: “Чего ты, тележка, катаешься?” – “Как мне не кататься?

Вошка наша обожглась, Блошка с горя извелась, Дверка скрипом расскрипелась, Месть метелке захотелось…

Тогда сказал катышек: “Ну, так я же разгорюсь!” – и стал гореть ярким пламенем. А около катышка стояло деревце и сказало: “Катышек, чего ты разгорелся?” – “Как мне не разгореться?

Вошка наша обожглась, Блошка с горя извелась, Дверка скрипом расскрипелась, – Месть метелке захотелось, А тележке-то кататься.

Тогда и деревце сказало: “Ну, так я стану раскачиваться”, – и давай раскачиваться, так что с него листья посыпались. Увидела это девочка, которая шла с кружечкой, и сказала: “Деревце, чего ты раскачалось?” – “Как же мне не раскачаться?

Вошка наша обожглась, Блошка с горя извелась, Дверка скрипом расскрипелась, Месть метелке захотелось, А тележке-то кататься, Катышку-то разгораться.

Тут уж и девочка сказала: “Ну, так я разобью свою кружечку!” – и разбила кружечку. Тогда заговорил тот родничок, из которого вода бежала: “Девочка, чего это ты разбила кружечку?” – “Как же мне не разбить кружечку?

Вошка наша обожглась, Блошка с горя извелась, Дверка скрипом расскрипелась, Месть метелке захотелось, А тележке-то кататься, Катышку-то разгораться, Деревцу-то раскачаться.

“Э-э! – сказал родничок. – Ну, так я же разольюсь!” Разлился – ив его разливе все потонуло: и девочка, и деревце, и катышек, и тележка, и метелочка, и дверка, и блошка, и вошка – всего как не бывало!