Чернокнижник

Стоял солдат на квартире, занимался чернокнижием и книжки такие имел. Отлучился он раз из дому, и приходит к нему в это время товарищ. Видит, что земляка дома нету, нашел его книжки и давай читать от скуки. Дело было ночное. Читает при ночнике — все какие-то имена записаны. Прочитал их до половины, оглянулся назад, там целый полк чертей стоит. Солдат испугался — давай скорей опять книжку читать. Читал, читал, обернулся назад, чертей еще больше! Стал опять читать, дочитал до конца — обернулся назад, чертей столько прибыло, что насилу даже в солдатской квартире помещаются: черт на черте сидит, чертом погоняет.

Солдат видит, что дело плохо, закрыл книжку, зажму рился и сидит, ждет товарища. А черти к нему присту пают, тормошат: «Давай да подавай работы!» Думал, думал солдат и говорит: «Натаскайте в городские бани воды решетом во все кадки и котлы!»

Черти побежали, минуты через две бегут назад. «Натаскали! — говорят.- Задавай новой работы!» Солдат и приказывает: «Разнесите воеводы дом по кирпичику, людей в нем никого не троньте, не побеспокойте и вновь точь-в-точь такой же выстройте!»

Побежали черти, минуты через две бегут назад. «Готово! — говорят.- Задавай новой работы!» — «Насыпьте,- говорит солдат,- толченым песком гору в таком-то месте!»

Черти побежали. Через минуту прибегают. «Готово! — говорят.- Подавай новой работы!» — «Сочтите,- говорит солдат,- сколько в Волге песчинок на дне лежит от истока да впадения в море, сколько капель воды в ней и сколько рыбы числом!»

Побежали черти — через минуту приходят и все приказанья его также скоро исполнили. Подумать хорошенько не дадут солдату насчет новой работы, а уж старую исполнили,...

спрашивают новой. И как чуть только солдат задумается, тормошат его черти, не дают покоя, не то убить грозятся, как долго без дела их оставляет.

Замучился солдат совсем, а товарища все нет. Как быть? Как от чертей избавиться? Вот он и думает: «Пока я читал эту книжку, ни один чертенок не приставал ко мне! Дай попробую опять почитать ее, может, легче будет». Читает чернокиижицу сызнова — только и замечает, что чертей еще больше прибавляется, так что даже и свет от ночника насилу, насилу проглядит — так уж много поганой силы скопилось вокруг него! И чуть только солдат запнется в котором слове али отхаркиваться станет, тотчас же пристают опять тошнее прежнего: «Давай да подавай работы!»

Из сил выбился солдат от бесовского наваждения, а горю все не знает как помочь. Вот и пришло ему в голову: «Бесовы дети стали сюда являться, когда я читал эту книжку сначала; дай попробую почитать ее с конца, может, не пойдут ли на убыль?»

Тотчас же перевернул книжку вверх ногами и давай читать с конца. Читает, читает — только замечает, что бесовой силы точно меньше стало: свет от ночника яснее и в избе просторней стало. Солдат обрадовался, давай читать дальше. Читал, читал, всех отчитал назад.

Так тем только и спасся от бесов поганых.

Приходит потом его товарищ домой. Этот ему и сказывает, что с ним было. «Ну,- говорит товарищ,- счастье твое, что еще скоро спохватился читать с конца, а то кабы не отчитал их до полуночи, так они бы тебя съели».

С тех пор полно солдат книжки читать чернокнижные, а товарищ его стал их припрятывать подальше.



Чернокнижник