Как сын выполнил обет своей матери

После долгого подвижничества у владыки Калингапури — Каура-вараджана — родился сын. Царь с малых лет очень баловал своего единственного наследника, и вырос царевич грубым, упрямым и своевольным юношей. Он страшно кичился своим царским происхождением, не желал заниматься ничем, кроме охоты, и, несмотря на свой юный возраст, был большим любострастником. Отец намеревался передать ему бразды правления и женил его на дочери властителя соседнего государства — милой, застенчивой и тихой, как лань, девушке, но царевич не находил ее достойной своего внимания. Он мечтал о возлюбленной, которая была бы на вид грозной, как тигрица, умом — хитрей лисы и любила бы его с нежностью голубки. Пусть она будет дерзка на язык, пусть будет надменной — неважно. Важно только, чтобы она боялась и слушалась его самого. А уж к какой касте она будет принадлежать — дело

Десятое, — думал он.

Однажды, возвращаясь с охоты вместе со своей свитой и с гончими псами, царевич проезжал по северной улице, где живут торговцы. Жил здесь и торговец растительным маслом, и как раз в это время его дочь сушила и веяла сезам перед домом. Девушка была очень хороша собой, и царевич круто осадил своего белого скакуна. А конь был горячий, норовистый и передними копытами разметал кучу зерна. Девушка гневно поглядела на царевича, который таял в умильной улыбке. «Ну и наездник! Не может удержать лошадь!» — говорил ее насмешливый взгляд. Царевич же вообразил, будто она глумится над его царским происхождением.

— Ты родилась среди сезама, выросла среди сезама, — высокомерно воскликнул он. — А знаешь ли ты, какие побеги меньше, чем побеги сезама? Дочь торговца решила, что царевич издевается над ее наследственным занятием, и, недолго размышляя, выпалила:

— Вот вы, царский сын, родились среди цветов, выросли среди цветов. А знаете ли вы, у какого цветка два лепестка?

— У ваттадари. Когда он еще не распустился, — ответил царевич и, не помня себя от ярости, добавил: — А за то, что ты так дерзко разговариваешь с наследником престола, я женюсь на тебе и сгною тебя в тюрьме. Там ты и умрешь девственницей.

Девушка ничуть не испугалась этой угрозы.

— Если вы и впрямь женитесь на мне, — спокойно улыбнулась она, — я рожу вам сына, который отстегает вас хлыстом. Я буду не я, если не выполню своей клятвы.

Как только царевич прискакал во дворец, он пошел к своему отцу и сказал:

— Я хочу жениться на дочери торговца сезамом. Если вы запретите мне это сделать, я перестану есть и умру голодной смертью.

Огорченный отец долго его отговаривал.

— Сын, — повторял он, — еще ни один человек царского рода никогда не женился на дочери торговца. Эта женитьба сделает тебя всеобщим посмешищем. Но на все, его отговоры царевич отвечал одно:

— Ну и пусть! Не позволите жениться — уеду на чужбину. И если вы сейчас же не назначите день свадьбы, я не притронусь ни к еде, ни к питью. Видя, что царевич тверд в своем решении, царь отправился в дом торговца, поведал ему о намерении своего наследника и попросил назначить день свадьбы.

— Вы пожаловали в нашу бедную хижину со столь радостным известием! — возликовал торговец. — Если дочь такого бедняка, как я, выйдет замуж за царского сына, я буду счастлив в семи возрождениях. — И он тут же назначил день свадьбы.

К этому дню был возведен огромный свадебный навес и разосланы приглашения правителям соседних государств. Весь город, вся страна с величайшей пышностью праздновали это событие. Как только царевич повязал тали на шею невесты, он велел увести ее и запереть в отдельном доме, под надзором многочисленной стражи. В этот дом был запрещен доступ мужчинам. [* Тали — свадебный знак, который жених надевает на шею невесты.] Напрасно, обливаясь слезами, дочь торговца молила своего супруга:

— Забудьте о нашей шутливой перебранке. Давайте жить дружно и мирно, как подобает жене и мужу. Не губите мою жизнь.

Царевич ничего не хотел и слышать.

— Я выполнил свою клятву, — с язвительным смехом твердил он. — Посмотрим теперь, как ты выполнишь свою.

Уходя, царевич запер дом, а ключ спрятал в своей сокровищнице.

Тогда дочь торговца решила непременно исполнить свою клятву.

Однажды, когда ее навестил отец, она рассказала ему обо всем и попросила его прокопать подземный ход между ее тюрьмой и их домом. Отец нанял чужеземцев-землекопов, и они, тайком от всех, прорыли подземный ход до той самой комнаты, где сидела несчастная девушка. Обрадованная, что теперь-то наконец сможет выполнить клятву, она горячо возблагодарила бога, а затем сказала своей прислужнице:

— Сиди все время в прихожей. А я запрусь изнутри на засов и буду звать тебя, только когда ты мне понадобишься.

Дочь торговца пробралась подземным ходом в родной дом и сказала отцу:

— Одно мое желание вы исполнили. Исполните же и другое: найдите самых лучших плясунов-канатоходцев.

Отец выполнил и это ее желание: отыскал лучшего во всей стране плясуна-канатоходца с его товарищами.

Когда дочь снова прокралась в родной дом и увидела канатоходца, она была на седьмом небе от радости.

— Учи меня своему ремеслу с таким усердием, как если бы я была твоя дочь — сказала она. — За это я дам тебе столько золота, что тебе, твоей семье и твоим товарищам хватит на всю жизнь.

На заднем дворе дома воздвигли большой шатер, и дочь торговца принялась учиться канатоходческому искусству. В свою тюрьму она возвращалась только для того, чтобы поесть. После трех лет учебы она достигла такого совершенства, что ей нельзя было найти равных. Тогда она сказала своему учителю:

— Устрой так, чтобы мы выступили перед сыном царя. Ты окажешь мне очень важную услугу.

И она подробно объяснила ему, что он должен сделать. На другой день в саду около весеннего дворца, недалеко от тюрьмы, где томилась дочь торговца, канатоходцы врыли столбы и под барабанный бой объявили о предстоящем выступлении. Заслышав барабанный бой, узница заперлась изнутри на засов и поспешила в дом отца. Там она нарядилась, как обычно наряжаются плясуньи, надела дорогие украшения, завязала волосы узлом и побежала в сад, где происходило выступление. На руках и ногах у нее тонко звенели браслеты. Из-под прикрывавшего лица края сари ярко сверкали глаза. Стройная и гибкая, как молодой побег, девушка сразу обратила на себя внимание царевича. А когда, сияя улыбкой, она стала петь и плясать на канате, он воспылал к ней безудержной любовью. Во время исполнения одной из самых замысловатых фигур он неожиданно испугался за нее и закричал:

— Хватит! Хватит! Прекратите представление.

Плясунья соскользнула со столба, и царевич подарил ей жемчужное ожерелье. Вместе с этим украшением она забрала и его сердце. Полагая, что канатоходец — ее отец, он подозвал его к себе и обратился к нему с такой просьбой:

— Позволь мне провести с твоей дочерью хоть одну ночь. Иначе я навсегда потеряю покой.

Канатоходец сначала заупрямился:

— Она у меня одна-единственная. Вот уже три года, как она достигла полнолетия, а у нее до сих пор не было ни одного мужчины. Вконец обезумевший царевич предложил ему тысячу золотых монет. Канатоходец сделал вид, будто уступает его настояниям.

— Кто может противиться просьбам самого царского сына? — сказал он. — Хорошо. Я согласен. Но моя дочь не пойдет в ваш весенний дворец. Ждите ее в мраморном дворце на окраине города. Я приведу ее туда, как только стемнеет. Узнав обо всем этом, дочь торговца очень обрадовалась. Она надела прекрасные одежды и украшения, украсилась гирляндами ароматных цветов и, как только свечерело, отправилась в мраморный дворец.

— Зачем вы меня пригласили? — спросила она царевича.

— Неужели ты не догадываешься? — промолвил он. — Я хочу насладиться твоей красотой в лунном сиянии.

С этими словами он попытался было ее обнять, но она отстранилась и с чарующей улыбкой сказала:

— Погодите! Сегодня моя первая ночь. Подарите же мне на память о себе свой браслет, перстень-печатку, брильянтовую подвеску и жемчужное ожерелье. Царевич подарил ей все, что она просила, и они предались усладам любви. Рано утром, на рассвете, дочь торговца вернулась обычным путем в свою тюрьму.

В положенный срок она родила в отцовском доме мальчика, как две капли воды похожего на царевича. Там, у своего деда, он и рос. Мать приходила по ночам, ласкала его и рассказывала ему сказки. Утром же она возвращалась в дом, отведенный для нее царевичем.

Шли годы. Мальчик подрос и выучился всему, что следует знать в его возрасте. Нрав у него был очень гордый, заносчивый, и однажды уличные мальчишки стали его дразнить:

— Чего ты задираешь нос? Ведь ты даже не знаешь имени своего отца. Юноша побежал к деду и в сердцах спросил у него:

— Кто мой отец?

Дед показал на подземный ход:

— Этот ход приведет тебя к твоей матери. Она и скажет тебе, кто твой отец.

Когда юноша задал этот вопрос матери, она разрыдалась и рассказала грустную историю своей жизни.

— Я выполню твою клятву, мама, — пообещал он, порывисто вскочил, попрощался с матерью и отправился к старухе, которая жила на самой окраине города.

Выдав себя за круглого сироту, он нанялся пасти десять буйволов, принадлежавших старухе.

Однажды ночью, переодевшись так, чтобы его никто не мог узнать, он забрался в царский дворец, проник в комнату, где его отец почивал со своей супругой, и усыпил их сонным порошком. Затем забрал все их драгоценности, вытащил коралловые ножки из-под их ложа и вместо них подсунул четыре пизанга.

Когда на другое утро, проснувшись, царевич попытался встать, ложе опрокинулось, и он упал на пол. Только тогда он заметил, что все драгоценности, которые на нем были, украдены.

— Какой-то дерзкий вор залез в нашу опочивальню и похитил все дорогие вещи. Это неслыханная наглость! — пожаловался царевич отцу. Махараджа велел начальнику городской стражи до следующего утра изловить вора. Главный стражник призвал к себе всех своих подчиненных, сообщил им о совершенной краже и приказал немедленно задержать преступника.

В ту же ночь сын царевича прокрался в спальню к сыну главного советника, усыпил его и его жену сонным порошком и унес все их драгоценности.

Гнев махараджи не знал границ.

— И такое творится в моем дворце! — бушевал он. — Это прямой вызов моей царской власти!

— Ты допустил две крупные кражи подряд, — сказал он главному стражнику.

— Ни один вор не должен обмануть бдительность дворцовой охраны. Если завтра, до зари, ты не поймаешь преступника, я велю отсечь тебе голову. Главный стражник снова созвал подчиненных, рассказал им о распоряжении махараджи, велел сделать все возможное для поимки виновного и усилил во всем дворце стражу. Сам он тоже решил отправиться в ночной дозор.

Обо всем этом проведал хитрый вор. Он тайком расспросил горожан о начальнике стражи, узнал, что у него есть дочь. Эту дочь, по словам горожан, выдали замуж еще маленькой девочкой. Ее муж отправился по торговым делам в дальние страны и до сих пор не возвратился. Теперь она уже совсем взрослая и с нетерпением ожидает мужа.

Вор решил выдать себя за зятя главного стражника, он переоделся в одежду торговца, зашел в лавку и купил для тестя расшитое вешти, накидку и тюрбан, а для тещи и жены сари и блузки из тончайшей ткани; в другой лавке он купил кардамон, гвоздику, сушеные плоды арековой пальмы, мускатный орех, кадильные палочки и другие подарки и пошел к дому начальника стражи в тот час, когда зажигают светильники.

Главный стражник в это время наспех ужинал, собираясь в дозор.

— Дорогой...

тесть! Дорогая теща! — закричал лжекупец радостным голосом.

Он развязал свои мешки, преподнес всей семье подарки и завел с начальником стражи обычный, принятый в таких случаях разговор. Зять уехал так давно, что все уже позабыли, как он выглядит, да и было уже темно, поэтому тесть и теща не могли внимательно разглядеть прибывшего. Ничуть не сомневаясь, что это их зять, они приняли его с распростертыми объятиями и выразили сожаление, что он не оповестил их о своем прибытии заранее, тогда бы они устроили пышное пиршество. Начальник велел жене накормить зятя повкуснее, а сам, кое-как перекусив, заторопился уходить.

— Куда вы так спешите? — спросил его вор.

Главный стражник объяснил ему, что должен выполнить повеление махараджи.

— Дорогой тесть! Я не видел этого города много лет, — сказал вор. — Разрешите, я пойду вместе с вами.

Начальник стражи согласился его взять, и они ушли вдвоем. А дочь главного стражника, радуясь, что наконец-то вернулся ее муж, надела лучшие свои одежды и украшения и стала ожидать его в спальне. Стражник и вор прошли по торговой улице и вступили на главную, царскую улицу. У ворот крепости вор увидел деревянные колодки.

— Что это за штуки? — полюбопытствовал он. — Раньше я их что-то не видел.

— В эти колодки забивают руки и ноги преступников, — ответил начальник стражи.

— Как же это делается? — недоумевал вор. — Вот мои руки и ноги. Покажите.

— Не хватало еще, чтобы я забил собственного зятя в колодки! — проворчал начальник стражи.

— Ну, тогда сами суньте руки и ноги, а я выбью клин. Пока я не узнаю,

Как это делается, я и с места не тронусь, — настаивал вор. Из уважения к своему зятю главный стражник выполнил его просьбу. Вор как будто в шутку выбил клин, запер колодки на замок и притворился, что потерял ключ в темноте.

— Никак не могу найти ключ, — испуганно сказал он. — Что делать, дорогой тесть?

— Что вы натворили, зять! — в страхе пролепетал начальник стражи. — Я должен ловить преступника, а вы забили меня в колодки. Отправляйтесь скорей домой и принесите молоток и долото.

Вор только того и ждал. Он со всех ног бросился бежать к дому стражника.

— Дорогая теща! — закричал он, едва отворив дверь. — Случилась ужасная

Беда! Махараджа велел за что-то забить вашего мужа в колодки. Сейчас явятся судебные приставы и опишут все ваше имущество. Тесть сказал, чтобы вы отдали мне все деньги и дорогие вещи, а я спрячу их в надежном месте. Жена стражника, поверив вору, связала в узел все деньги и ценные вещи и отдала их ему.

Затем вор зашел в спальню, где ждала своего мужа дочь стражника, поцеловал ее, приласкал, а затем, сняв с нее все украшения, спрятал и их в свой узел.

— Не тревожьтесь, — успокоил он обеих женщин. — Все будет в надежном месте. Заприте дверь и, кто бы ни стучался, не открывайте. Как бы к вам не нагрянули воры! Не зря в пословице говорится: «В доме покойник, а туда явился и волк-разбойник»! — И он скрылся.

Весть о том, что главный стражник забит в колодки, а его дом обкраден, ошеломила всех горожан.

Когда стража привела своего начальника во дворец для допроса, сын главного советника возмущенно спросил его:

— Как же случилось, что ты должен был схватить преступника, а вместо того сам попался в его сети?

— Что я мог поделать? — понурил голову стражник. — Он прикинулся моим зятем, ограбил мой дом, опозорил мою дочь, а самого меня забил в колодки. Этот вор — такой хитрец и ловкач, что может провести кого угодно. Поймать его — дело немыслимое.

— Просто ты болван! — в гневе накинулся на него сын советника. — Чтоб

Мне было пусто, если я не поймаю нынешней ночью вора, который обобрал вчера твой дом.

Когда наступила ночь, сын главного советника выехал охранять город. Его сопровождал отряд в сто конных воинов.

Заранее разузнав о его намерениях, вор переоделся стиральщиком, отправился к реке, протекавшей недалеко от города, и принялся стирать белье.

К нему подъехал сын советника.

— Ты почему стираешь белье так поздно? — полюбопытствовал он.

— По этой дороге ночью часто проходят воры и грабители, — ответил ряженый стиральщик. — За стирку их одежды они платят мне вдесятеро больше обычного.

Сын советника поверил этой лжи.

— Если ты поможешь нам поймать вора, которого мы ищем, я дам тебе сто вараха, — посулил он.

Стиральщик принял это предложение.

— Боюсь только, — сказал он, — что вор еще издали узнает вас по дорогим одеждам и украшениям. Да и ваш отряд может его отпугнуть.

Сын советника велел сопровождавшим его воинам отъехать, снял с себя все одежды и украшения, отдал их на сохранение стиральщику, а сам спрятался в большом кувшине. Стиральщик связал все его вещи в узел, тихонько пошел домой и зарыл их вместе со всем награбленным добром.

Сын советника тщетно пробовал выбраться из кувшина, все его тело одеревенело. Лишь на рассвете воины подъехали к реке. Услышав их голоса, сын советника закричал:

— Я здесь, в кувшине.

Когда удивленные воины вытащили его из кувшина, он попросил у одного из них накидку и строго-настрого предупредил весь отряд:

— Смотрите не проговоритесь о том, как нас обманул этот мошенник.

— Ну, поймали вы его? — спросил на другой день царевич.

— Нет, — сгорая от стыда, признался сын советника. — Этот вор, видно, колдун. Он наслал на меня сон, — солгал он, пытаясь оправдать свою неудачу.

— Изловить его — дело немыслимое.

— Нынешней ночью я сам схвачу и свяжу негодяя! — воскликнул разгневанный царевич.

Когда вор узнал об этой угрозе, он довольно усмехнулся.

«Настало время осуществить клятву моей матери», — решил он.

Вор купил на базарной улице семена арековой пальмы, табак, сладости и уложил все это в мешок. Там же он купил небольшой зарешеченный светильник, немного горючего масла и две пальмовых циновки. Затем переоделся комутти сеттияром, расстелил циновки на обочине пустынной загородной дороги, зажег светильник и разложил все свои товары.

Между тем царевич в сопровождении тысячи всадников объехал весь город и, не найдя никого подозрительного, решил, что вора лучше всего перехватить на загородной дороге.

Заметив вдалеке огонек, он подъехал к тому месту, где сидел торговец.

— Почтенный сеттияр, — обратился к нему царевич, — почему ты торгуешь здесь, за городом, и в такое позднее время?

— Этим путем по ночам часто проходят воры, — дребезжащим стариковским голосом ответил ему сын. — Все они покупают у меня бетель, арековые семена, табак и еду. Я наживаю вдесятеро больше обычного. Поэтому-то я и торгую здесь.

Царевич подумал, что с помощью торговца он может легко задержать вора.

— Ты можешь оказать нам важную услугу, — молвил он. — Вот уже два дня никому не удается изловить одного ловкого мошенника. Сегодня я сам лично выехал на его поимку. Если ты поможешь мне в этом деле, я пожалую тебе много золота и несколько деревень. Только сообщи нам, когда он появится, а уж мы его не упустим.

— Хорошо, — согласился лжеторговец. — Боюсь только, что он и близко не подойдет: испугается вас. Если вы хотите его поймать, послушайтесь моего совета. Разделите ваш отряд на три части и велите своим войнам отъехать подальше. И предупредите их, что бы они не приближались, пока вы их не позовете. Достаточно вас одного.

Когда царевич разослал свой отряд в трех направлениях торговец продолжал:

— Если вор завидит вас в этом одеянии, он сразу же убежит. Снимите с

Себя все дорогие вещи и спрячьтесь в этом мешке. Как только вор подойдет, я сделаю вид, будто хочу достать табак, и развяжу мешок. А вы уж хватайте вора!

Царевич последовал и этому совету. Его сын быстро перевязал мешок крепкой веревкой, вскочил на отцовского коня и позвал воинов.

— Вор в этом мешке,- сказал он им. — Возьмите его!

Он несколько раз стегнул хлыстом по мешку, затем поехал домой, выкопал ранее краденное им и припрятанное добро и покакал во дворец. Мешок принесли на заседание государственного совета, и вскоре известие о том, что царевич схватил вора и отыскал все похищенное, собрало весь городской люд.

Сын царевича сильно походил на своего отца. Даже сам махараджа не заметил разницы между сыном и внуком. Он похвалил и радостно обнял мнимого царевича, и все, кто был во дворце, почтительно его приветствовали. Подлинный же царевич сидел в мешке, согнувшись в три погибели, и, умирая от стыда, думал: «Ну и пройдоха этот вор!»

— Эй, вор! — крикнул махараджа. — Откуда ты родом?

— Говори правду! — сказал сын царевича и легонько ударил хлыстом по мешку.

Изнутри послышался яростный вопль:

— Я не вор! Я ваш сын. А настоящий вор — тот, кто разговаривает с вами.

В полном смятении махараджа и советники поспешили развязать мешок. Из него, не зная, куда деваться от позора, вылез полуголый царевич. Изумленный сходством отца и сына, махараджа спросил юношу:

— Кто ты такой? Скажи мне всю правду. Внук сложил ладони и с поклоном ответил:

— Ваше величество! Если вы хотите знать, кто я, пригласите сюда жену царевича, — ту, что заперта в отдельном доме, — и она вам все объяснит. «Здесь скрывается какая-то тайна», — понял махараджа и, обращаясь к сыну, сказал:

— Сейчас же вели освободить дочь торговца и привести ее сюда. И не вздумай упрямиться

Царевич приказал доставить ему ключ и послал за своей женой. Дочь торговца уселась на отведенное для царских дочерей место, отгороженное завесой, и, указав на своего мужа, молвила с насмешливой улыбкой:

— Вы, царевич, родились среди цветов и выросли среди цветов. Женившись на мне, вы заперли меня в тюрьму и поклялись, что я умру девственницей. Но ваша клятва не сбылась. Я же родилась среди сезама и выросла среди сезама. И все-таки моя клятва сбылась!

И она рассказала историю своей жизни. А ее сын добавил:

— Я выполнил клятву матери: отстегал отца. Его имущество принадлежит и мне, поэтому я с полным правом могу носить его драгоценности.

В зале поднялся сильный шум. Махараджа крепко прижал к груди внука и со слезами радости на глазах сказал сыну, который с мрачным видом взирал на все происходящее:

— Не таи злобы! Нет ничего позорного в том, что твой собственный сын выполнил клятву своей матери и побил тебя хлыстом. Приветствуй же его и отныне живи с женой дружно и мирно.

Царевич стоял в полной растерянности. Затем в нем снова забурлил гнев.

— Отец! — воскликнул он. — Где доказательства, что он и впрямь мой сын?

— Как вам не стыдно задавать такой вопрос на совете, где присутствует столько людей? — сказала огорченная до слез дочь торговца. — Гнев совсем помутил ваш рассудок. Неужели вы забыли, как провели ночь с плясуньей? То была я.

— Где доказательства?

— Вот ваш перстень-печатка, жемчужное ожерелье, браслет и брильянтовая подвеска. Если вам этого недостаточно, я могу повторить несколько слов — из тех, что вы мне сказали тогда.

Дочь торговца подошла к мужу и что-то шепнула ему на ухо.

Царевич сразу же замолк. Глаза его увлажнились.

Все, кто присутствовал на государственном совете, были безмерно взволнованы. Особенно взволнован и рад был сам махараджа.

Он уговорил царевича помириться с женой. Царевич с любовью прижал к груди своего сына, который выполнил материнскую клятву. А его мать лила радостные слезы, думая о том, что сын спас ее от горькой участи и отныне ничто не будет омрачать ее счастье.



Как сын выполнил обет своей матери