Рах-разбойник

В некотором царстве, некотором государстве жил-был купец; у него жена была красавица, только не было у них детей. Вот один раз стоит она перед зеркалом и любуется собой да думает: «Что, если бы у меня родился сын, да такой же красавец, как и я?» Сзади ей и отвечает голос: «Родится у тебя сын, только с одним условием: если ты мне его отдашь, когда ему будет семнадцать лет!» Купчиха и думает: «Как же это? Кто может у меня сына отнять? Дай соглашусь, а потом не дам». И говорит: «Я согласна, только бы родился». Голос отвечает ей: «Ты напиши мне расписку своею кровью, тогда твое желание исполнится». Она написала и с того времени забеременела.

Родила себе сына уж такого красавца, что ни вздумать, ни взгадать, ни пером описать, только в сказке сказать. И стал он расти не по дням, а по часам, как пшеничное тесто на опаре. Отец и мать не могли на него наглядеться и не отдавали ни в какое ученье; только сидели да глядели на него, плакали.

Когда ему исполнилось шестнадцать лет, он и стал думать: «Что это отец с матерью все глядят на меня да плачут, не отдают ни в какое ученье?» Стал он доспрашивать у нянек и мамок. Няньки и мамки ему и говорят: «Вот почему ваш батюшка с матушкой плачут: когда еще вы были в брюхе, то они кому-то вас отдали, и вам с ними жить только до семнадцати лет».

Пошел он к отцу и матери да и говорит: «Любезные мои родители, так как вы меня отдали, то делать уж нечего, слезами ничего не поделаешь, а благословите меня и отпустите в путь-дорогу; может, мне и удастся как-нибудь взять у нечистого рукописанье. Тогда я к вам ворочусь». И стали они много плакать и горевать, но делать было нечего: благословили и проводили сына в путь-дорогу. И пошел он.

Идет близко ли, далеко ли, долго ли, коротко ли, скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается; приходит он в темный лес. В лесу стоит келейка. Подошел он к келейке, сотворил молитву: «Святые старцы, пустите в келейку помолиться, от дьявола оборониться!» — «Нет, младый вьюнош,- отвечает ему старец, — я не могу тебя научить, иди к другому. Дальше есть еще келейка; того спроси, может, он тебя научит: он старше меня».

Поблагодарил старца младый вьюнош и пошел дальше.

Во второй келейке ему то же ответили, велели идти в третью. Приходит он к старцу, сотворил молитву: «Святые старцы, пустите в келейку помолиться, от дьявола оборониться!» — «Войди, младый вьюнош, я тебя научу». Он вошел. «Вот иди ты,- говорит старец,- по этой тропе, и придешь ты к дому; старый дом, мохом зарос и хрящом занесен; тут ты увидишь калитку. Ты войди в нее и спроси Раха-разбойника».

Поблагодарил старца младый вьюнош и пошел по тропе. Пришел к дому, постучал в калитку. К нему вышла жена Раха-разбойника и спрашивает: «Зачем тебе мужа моего нужно?» Он отвечал: «Меня прислал к нему святой старец. Когда я еще был в брюхе, мать отдала меня нечистому и дала ему рукописанье своею кровью, а я у них один-единственный. Pax-разбойник — кум сатане, не может ли он взять рукописанье и отдать его мне?» — «Ох, младый вьюнош, муж мой таких просьб не любит, но уж очень мне жаль тебя: больно ты молод. Попробую похлопочу, может, что и сделаю».

Взяла его и повела в отдаленный покой, спрятала, чтобы муж не видал.

Вот приходит Pax-разбойник и говорит: «Что это, жена, у тебя русским духом пахнет?» — «И, полно, пожалуйста,- отвечает жена,- сам ты везде ходишь, всего нанюхаешься да и говоришь, что пахнет. Ты знаешь, что у меня никого не бывает». Пообедали они, и Pax-разбойник стал такой веселый да ласковый. Жена улучила минуту и говорит: «А у меня к тебе просьба есть; если ты меня любишь, то исполнишь. Я для тебя все делала: и детей вымаривала, и людей развращала, и с пути истинного соивала; так и ты для меня должен сделать удовольствие. У одного купца родился один сын, и того черт хочет взять, а так как сатана кум, то ты можешь взять рукописанье и отдать его младому вьюноше».- «Ну, мой друг,- говорит Рах-разбойник,-...

могу исполнить твою просьбу, пойду к куму». Пошел.

Приходит к сатане и говорит: «Ну, кум, теперь ты должен исполнить мою просьбу! Я для тебя все делал: и грабил, и души губил, делал веякие злодейства, ни в чем тебе не отказывал; теперь ты не откажи, в чем я тебя попрошу».- «Все что ни спросишь, я все для тебя сделаю»,- сказал сатана. Рах-разбойник передал ему, в чем дело. Вот сатана и велел созвать всех чертей и начал спрашивать: у кого из них рукописанье. Все говорят, что ни у кого из них нет, никто не сознается, что отнял у купца сына.

Вот и идет маленький чертенок, сугорбился и плачет: «Одна-единая душа попалась ко мне, и ту хотят отнять! У кого две, три — не отнимают. Ни за что не отдам! Что хотите делайте!» Уж как его ни мучили, ни жгли: и в смоле-то варили, и раскаленным железом палили, не отдает да и только рукописанье. Думал, думал сатана, что ему делать с чертенком, и придумал: «Положите его на кумову постель! Авось отдаст». Как услыхал чертенок, что его хотят класть на Рахову постель, взмолился сатане: «Все отдам, только не кладите на Рахову постель!»

Взял Рах-разбойник рукописанье и отдал сыну купца; тот поблагодарил и пошел к отцу с матерью.

Вот и стал думать Рах-разбойник: «Видно, я великий грешник: как ни мучили чертенка, чтоб он отдал рукописанье, он не соглашался; а как сказали, что положат на мою постель, так сейчас отдал. Видно, страшна моя постель, видно, я грешнее всех перед господом!»

И бросил Рах-разбойник все свои богатства и жену, пошел к старцу, чтобы научил его, как душу спасти. И говорит ему старец: «Поди ты к сатане и попроси его, чтоб он велел всем чертенятам принести на поле дров, и чтобы сложили они из них костер, и когда костер будет готов, то приди ко мне, я с, кажу, что делать».

Пошел Рах-разбойник к куму. Тот с радостью велел натаскать дров. В одну минуту костер был готов. Пришел Рах-разбойник опять к старцу и говорит: «Святой старещ твое приказанье я исполнил». Тогда старец пошел с Рахом на поле, поставил разбойника в самую середину костра и оградил крестным знамением, а сам дрова зажег.

Вот черти увидали, что Pax-разбойник горит, и сбежались все, кто с кочергой, кто с лопатой, кто с топором, кто с чем. Все кричат: «Кум горит!» Старались его вытащить, никак не могли. Услыхал шум сатана. Жаль ему кума, и спрыгнул он с своего седалища. Да поздно: Рах-разбойник сгорел.

И приходит его душа к старцу и говорит: «Святой старец, от костра остались три головешки, что с ними прикажешь делать?» — «Вот на тебе ведерки, иди ты за водой и поливай эти головешки до тех пор, пока не распустятся на них кусты и не расцветут цветочки». И стал поливать головешки Рах-разбойник, и поливал до тех пор, пока не выбил тропы по колена.

Раз идет он с ведерками, на тропе стоит человек; и спрашивает его Рах-разбойник: «Что ты за человек есть?» Тот и отвечает ему: «Я затем сюда пришел, чтобы вашему городу сделать очищение».- «Какое же очищение?» — «А вот такое: с одного конца пожечь, а с другого порубить!» — «Какое же это очищение? Это погубление!» Взял Рах-разбойник, поставил ведерки, ударил человека коромыслом и убил его.

Испугался Рах-разбойник и стал горько плакать: «Господи, сколько лет я трудился, молился, чтобы ты простил мои грехи, а теперь что я сделал? Убил человека!» Взял ведерки и пошел поливать головешки. Приходит и видит, что на головешках распустились кусточки, и расцвели цветочки, и некуда ему вылить воду.

Пришел он к старцу: «Святой старец, мне некуда вылить воду: на головешках распустились кусточки и расцвели цветы!» — «Ну, значи/г, ты умолил бога»,- отвечал старец. «Нет, святой старец, я еще сделал великий грех: убил человека. Он мне попался навстречу и говорит, что пришел сделать нашему городу очищенье: с одного конца зажечь, а с другого порубить. Я ему и говорю: какое же это очищенье — это погубление! Взял коромысло, ударил его и убил». Старец и говорит ему: «Нет, Рах-разбойник, ты не человека убил, а свой самый страшный грех, и теперь ты прощен от господа бога!»

И успокоилась в раю душа Раха-разбойника.



Рах-разбойник