Волшебство: Волшебные птицы

Далеко-далеко от берега сереют одинокие безлюдные островки – скалистые горные вершины самых причудливых форм – и птиц на них видимо-невидимо: воздух дрожит от хлопанья миллионов крыльев. А вокруг, насколько хватает глаз, лишь могучее синее море. Вздымаются водные кручи и обрушиваются на шхеры и утесы, окатывая их белоснежной пеной.
В паре миль оттуда жил бедный рыбак, и звали его Тостен. Любил он порыбачить в тех краях и заприметил, что не все чисто на птичьих островах. Сойти на берег он не решался, будто кто-то нашептывал ему – место-де недоброе, но с каждым днем его все больше и больше разбирало любопытство – совсем покой потерял. Ему казалось, будто птицы, кружась у него над головой, глядят на него как-то чудно. А когда они охотятся за рыбой и выныривают из воды, в клюве у них всегда поблескивает что-нибудь странное. Раз пролетавший мимо тупик нес в клюве что-то вроде сельди. В тот день птица, видно, совсем зоркость потеряла, потому как врезалась прямехонько в мачту Тостена и в замешательстве выронила добычу ему в лодку. Тостен услыхал, будто что-то звякнуло. Нагнулся посмотреть, а там два больших куска чистого серебра. “Ничего себе!” – подумал он.

И вот однажды Тостен снова рыбачил неподалеку. Нежданно-негаданно разыгрался такой шторм, что, если не хочешь с жизнью расстаться, только одно верное средство – убираться оттуда подобру-поздорову на всех парусах. Лодку понесло ветром мимо птичьих островов. Волны бились о крутые темные скалы, клочья пены разлетались во все стороны. Нигде не причалить… И вдруг Тостен вспомнил о небольшом плоском островке немного поодаль. Может, там ему удастся спастись от бури? Лодку кидало с волны на волну – одна выше другой. Ледяные брызги хлестали в лицо, а лодка скрипела и трещала по швам. Однако Тостен крепко держал руль. Вдруг над его головой пронеслась большая черная птица. Она окинула его диким взглядом, открыла огромный грязно-желтый клюв и плюнула в лодку. Тостен возмутился, конечно, но ему было не до того, главное – следить за рулем и парусом, он уже почти добрался до островка…
Прибой кипел и пенился, но Тостен был легок и скор. В один миг он сорвал с себя куртку и сапоги, спустил парус, вскарабкался на скамью и приготовился прыгать.
Лодку несло на скалы на пенистом гребне волны, вот-вот разобьется… и Тостен, оглушенный грохотом прибоя, босиком прыгнул на скользкий утес. За его спиной ударилась о камни лодка, и волны утащили с собой ее обломки.

Жизнь спасена! Но что его ждет впереди? Как, ради всего святого, ему выбраться с этого островка?! В этих краях годами ни одной божьей души не встретишь! Мидий и морских ежей он конечно же найдет, с голоду не помрет первое время, но на них долго не протянешь…
Вокруг было пустынно и тоскливо… Усталый, насквозь промокший и жалкий, Тостен побрел по островку, чтобы найти место для ночлега. Неподалеку, среди песчаных кос, под двумя огромными валунами он увидел небольшую пещеру, забрался туда и...

заснул… Вскоре его разбудили крики, шум, гам.
Перед входом в пещеру расселась целая стая иссиня-черных птиц, к ним с громким хлопаньем крыльев присоединились еще несколько. Потом все они сбросили птичье оперение, и Тостен увидел странных, одетых в синее, маленьких человечков. Они, видно, из-за чего-то ссорились – ругались и кричали во весь голос, перебивая друг друга, но слов Тостен разобрать не смог. Больше всех доставалось одному седобородому. Они его пихали, дергали, а потом принялись таскать за клочковатую бороду. После они стали метаться по островку, завывая и причитая. В конце концов человечки снова надели оперение, и длинный косяк птиц улетел на другой остров.
Тостен долго лежал и прислушивался, прежде чем осмелился выйти наружу. Шторм немного поутих, вокруг – ни души. Был отлив, и на берегу Тостен нашел черпак из своей лодки. Он наклонился, чтобы поднять его, и тут же заметил седого человечка. Тот сидел на камне и уплетал морского ежа прямо с иглами и потрохами.
Тостен набрался смелости и пошел к нему. Но только седобородый его увидел, вскочил да давай зубами лязгать, визжать, ногами топать – противно смотреть. Тостен со страху возьми и тресни его черпаком прямо в лоб, тот и повалился.
Гляди-ка – и оперение рядом лежит. Тостен обрадовался: ну, теперь он скорехонько до дому доберется, да к тому же ему любопытно было, что остальные человечки делают. Накинул он оперение и полетел…
Около остова большого корабля одетых в синее человечков было видимо-невидимо. Они таскали ящики, катили бочки, что-то грузили – словом, работа кипела вовсю. Прямо в склоне горы Тостен увидел открытые настежь огромные ворота. Оттуда на землю падал голубоватый свет, и раздавались команды и окрики громадного ютула. Тут только Тостен и понял, что это за народ. Скорей, скорей домой!..
В деревне люди стали поговаривать, что Тостен каким-то чудаковатым сделался. Странно и то, что вернулся он без лодки. Тостен никому ничего не рассказывал, ни про то, что видел, ни про оперение – его он потихоньку припрятал в каменной осыпи. Когда выдавалось время, Тостен доставал его и летал понемногу в свое удовольствие.
Однажды страсть как захотелось Тостену снова слетать на птичий остров. Надел он оперение и отправился в путь. Он надеялся, что человечки его не узнают. На острове все было по-прежнему – шум, гвалт. Тостен опустился прямо в стаю птиц с такими же перьями, как у него.

И это, скажу я вам, было большой глупостью. Тотчас же все забеспокоились и стали гадать: “А это кто такой? А это кто такой?.. Может Сакариас?.. Это ты, Юхан?.. Кто это?”
“Ну, добром дело не кончится, – подумал Тостен, – надо выбираться отсюда”. “Это я”, – крикнул он, взмахнул крыльями и что есть мочи полетел. Поднялся ужасный переполох: “Да ведь это Тостен! Хватай его, это Тостен!” И птицы бросились вдогонку, воздух наполнился свистом крыльев. Тут и закончились полеты Тостена, – птицы догнали его и разорвали на мелкие кусочки.



Волшебство: Волшебные птицы