Ворон и лиса

Поставил ворон ярангу на берегу Берингова моря. Бежит мимо лиса, увидела ярангу, остановилась и принялась ворона расхваливать:
Ах, ворон, какой ты хороший!
Ах, ворон, какой ты красивый!
Когда солнышко всходит,
Твои перышки светятся!
Слушает ворон, сердце его радуется.
— Живи в моей яранге, сестра! — приглашает.
А лисе только того и надо. Ее-то яранга — темна. Ее-то яранга — мала: лиса внутрь войдет — хвост снаружи останется.
Стали они вместе жить.
— Я буду дома хлопотать! — говорит лиса. — Ты будешь пищу добывать.
— Ладно, — согласился ворон.
Сделал ворон копье, гарпун сделал. Вырезал на них узор не простой — самый лучший. Пошел по льду в море.
Добыл ворон нерпу. Назад возвращается. Увидела лиса ворона, спрашивает:
— Отнял или сам добыл?
— Сам добыл, — отвечает ворон.
Лиса — ну хвалить ворона! Хвалит не нахвалится:
Ах, ворон, какой ты хороший!
Ах, ворон, какой ты красивый!
Когда солнышко всходит,
Твои перышки светятся!
Сели они есть. Ворон поклевал немного и доволен. Остальное мясо лисе отдал. Наелась лиса, а все жадничает, сидит, думает: «Как это он нерпу поймал? Пойду-ка я сама добуду. Уж тогда ворону ни кусочка не дам!»
Дождалась лиса ночи, потихоньку взяла гарпун, копье взяла. Пошла к морю по следам ворона.
Видит — вынырнула нерпа между льдинами. А не знает лиса, что сначала: гарпун бросать или копье метать? Бросила гарпун — промахнулась. Нерпа под лед спряталась. Лиса вдогонку копье метнула — копье в воду ушло.
Испугалась лиса, прибежала домой, притворилась, что всю ночь спала.
Утром ворон собрался на охоту. Спрашивает лису:
— Сестра, где копье? Куда мой гарпун делся?
А лиса отнекивается.
— Откуда мне знать, — говорит, — я из яранги не выхожу. Видно, сам потерял, а меня спрашиваешь!
Без копья и гарпуна какая охота? Стал ворон думать — чем пищу добыть? Ходил-ходил, думал-думал. Надумал — удочкой рыбу ловить.
Смастерил удочку, пошел на реку.
Сделал прорубь во льду, опустил в воду удочку. Вдруг что-то тяжелое прицепилось на крючок. Тащил-тащил ворон. Наконец вытащил! Не рыбу поймал. Не зверя достал. Показалось над водой само Чудо Водяное! И не разобрать, какое оно: тиной обросло, водорослями опутано. Все водоросли облепили рыбки.
Собрал ворон рыбок с водорослей. Чудо Водяное бросил в реку.
Несет ворон рыбу, увидела лиса, снова запела:
Ах, ворон, какой ты хороший!
Ах, ворон, какой ты красивый!
Когда солнышко всходит,
Твои перышки светятся!
Принялась лиса за рыбу, а сама думает: «Как это он рыбу ловит? Пойду-ка я сама поймаю».
Ночью взяла удочку, по воронову следу к реке побежала. Опустила удочку...

в прорубь, сидит ждет. Тут попалось на крючок что-то тяжелое. Обрадовалась лиса. Тянет и думает: «Ворону и рыбьего хвостика не дам». Посильнее дернула удочку — Водяное Чудо вытащила!
Испугалась лиса, бросила удочку. Водяное Чудо ушло на дно вместе с удочкой.
Прибежала лиса домой, улеглась, будто и не подымалась.
Утром собрался ворон ловить рыбу, а удочки как не бывало — нет нигде!
— Сестра, а сестра, кто взял удочку? — спрашивает.
— Что ты мне спать не даешь? — отвечает лиса. — Ты же знаешь — я из яранги не выхожу. Сам, видно, потерял где-то!
Ходил-ходил ворон, думал-думал. Куда теперь идти?
К морю не пойдешь — копья нет, гарпуна нет, охотиться нечем.
К реке не пойдешь — удочки нет, рыбу ловить нечем.
Взял длинный ремень, пошел в тундру. Идет, по сторонам смотрит. А вдалеке — у высокой сопки, у быстрой речки — виднеется большая яранга, наполовину в землю вросшая. Подошел ворон поближе, сверху, через дымоходную дыру, заглянул в ярангу. Сидит там женщина, косы свои заплетает и расплетает. Вокруг нее ходят олени. Женщина косы расплетает — белые олени идут в одну сторону. Женщина косы заплетает — олени идут в другую сторону. Да уже не белые они, а черные.
Удивился ворон — что за диво такое? Почесал в затылке, уронил перышко. Попало перышко на оленя. Упал олень. Женщина взяла этого оленя и выбросила. Подобрал его ворон, ремнем обвязал, домой потащил.
Увидела его лиса, завела свою песню:
Ах, ворон, какой ты хороший!
Ах, ворон, какой ты красивый!
Когда солнышко всходит,
Твои перышки светятся!
Стали они есть, а лиса все думает: «Где это он оленя добыл? Не пойти ли мне туда поохотиться?»
Не стала лиса и ночи дожидаться. Взяла ремень, крадучись из яранги выбежала, пошла по воронову следу.
Пришла к той яранге, заглянула в дымоходную дыру. Видит: сидит женщина, расплетает косы — белые олени идут в одну сторону. Заплетает косы — олени идут в другую сторону. Да уже не белые они, а черные.
«Вот бы мне их всех себе добыть!» — думает лиса. Задрожала она от жадности, уронила в дыру ремень. Попал ремень на оленя. Упал олень.
Женщина подобрала ремень, вышла из яранги, увидела лису, говорит:
— Ах вот почему мои олени пропадать стали! — и давай лису тем ремнем охаживать. Та еле убежала от нее. Идет домой, а навстречу ворон.
— Как так, лиса, ты же говорила — из яранги не выходишь? — удивился он.
Тут-то и понял ворон — кто ему охоту портил.
— Тьфу! — говорит и прогнал лису.



Ворон и лиса